ТИТР: Защитим Байкал вместе!
ВЫСТУПАЮЩИЙ НА МИТИНГЕ: За 43 года работы БЦБК в окружающую среду им сброшено более 10 тонн диоксинов, которые токсичны для людей и животных…
С вами Клиффорд Леви, The New York Times, мы ведём репортаж из Сибири.
Защитников Байкала обвинили в пиратстве
«Байкальская экологическая волна», борющаяся за закрытие целлюлозно-бумажного комбината, оказалась втянута в дело о пиратстве. В поисках нелицензионных программ милиция изъяла из офиса организации 12 компьютеров, практически парализовав её деятельность.
Вот уже два десятилетия группа под названием «Байкальская экологическая волна» борется в защиту местной окружающей среды. Центральное место в их работе занимает озеро Байкал, чудо природы, содержащее 20% мировых запасов пресной воды.
Часто «Байкальская волна» сталкивается с интересами политиков и промышленников. Её участники привыкли к давлению и слежке со стороны органов госбезопасности.
ТИТР: Не убивай меня, Путин!
Но не к тому, что произошло прошлой зимой.
ГАЛИНА КУЛЕБЯКИНА, сопредседатель организации «Байкальская экологическая волна»: Ну, это было 28 января. Вошли 6 человек, представились, что они из «Центра по борьбе с правонарушениями в сфере потребительского рынка».
ДЖЕННИ САТТОН, соучредитель организации «Байкальская экологическая волна», долгое время живёт в России: Госслужащие расхаживали по всему офису, брали компьютеры с каждого рабочего стола в офисе.
ГАЛИНА КУЛЕБЯКИНА: Они сказали, что сейчас изымают компьютеры у нас, чтобы проверить, действительно мы используем нелицензионное программное обеспечение или нет.
«Байкальская волна» стала жертвой новой тактики, избранной властями для борьбы с несогласными в России.
ТИТР: Протокол изъятия вещей и документов.
Правоохранительные органы конфискуют компьютеры, заявляя, что делают это с целью найти пиратские копии программ Microsoft. Притом что использование пиратских программ в России далеко не редкость.
Десятки таких обысков проводились в России в отношении агитационных групп и оппозиционных газет. И многие из них обвиняют саму корпорацию Microsoft в сотрудничестве с властями.
Здесь в Сибири правоохранительные органы изъяли у «Байкальской волны» 12 компьютеров, практически парализовав работу группы.
ДЖЕННИ САТТОН: Мы сразу заподозрили, что это имеет отношение к вопросу о Байкальском целлюлозно-бумажном комбинате, который в последние месяцы вышел на первый план. Против него мы работали с самого момента создания нашей организации – вот уже двадцать лет.
Несколько десятков лет Байкальский ЦБК сливал в озеро ртуть, хлор и другие загрязняющие вещества. В 2008 году владельцы комбината закрыли его из-за убыточности, но не из-за критики со стороны экологов.
Но в январе этого года председатель правительства Владимир Путин открыл его снова в надежде справиться с недовольством двух тысяч человек, потерявших работу.
«Байкальская волна» начала планировать акцию протеста. И тут появились сотрудники правоохранительных органов.
ГАЛИНА КУЛЕБЯКИНА: Я считаю, что они пришли, для того чтобы просто помешать нам работать.
«Байкальская волна» заявляет, что всё ее программное обеспечение от Microsoft лицензионное. Сотрудники организации продемонстрировали упаковки от дисков и чеки.
ДЖЕННИ САТТОН: Я спросила: «Галя, ты показали им документы на диски с программным обеспечением?» И она ответила: «Они не хотят их видеть!» И я сказала: «Ну, покажи им еще раз!» Она так и сделала, она вынесла всю документацию и показала им, но они не захотели даже посмотреть!
ГАЛИНА КУЛЕБЯКИНА: И они написали… уже написали, что мы используем нелицензионное оборудование.
В милиции заверяют, что никакой связи между обыском и деятельностью организации нет. По словам правоохранительных органов, к ним поступила жалоба от человека, который утверждал, что видел в офисе нелицензионное программное обеспечение. В «Байкальской волне» никто никогда об этом человеке не слышал.
ГЕРМАН СТРУГЛИН, пресс-служба ГУВД Иркутска: Любое обращение граждан об уголовном преступлении обязано проверяться, и в данном случае «Байкальская экологическая волна» здесь не является исключением.
«Байкальская волна» обратилась за помощью в Microsoft.
ГАЛИНА КУЛЕБЯКИНА: Мы попросили их, чтобы они разобрались в этом деле и подтвердили, что да, мы используем лицензионное программное обеспечение. На что они ответили нам: «Суд разберется».
Microsoft заявляет, что не инициирует подобные дела, а участвует в них лишь тогда, когда этого требует российское законодательство. Однако, узнав о расследовании The New York Times, в Microsoft сказали, что усилят контроль над своими юристами в России.
Но организации, подвергшиеся обыску, говорят, что Microsoft не осуждает такую тактику, потому что боится поставить под угрозу свой бизнес в России. Они утверждают, что Microsoft должен отказаться сотрудничать с властями по этим делам.
Сергей Курт-Аджиев был редактором двух оппозиционных газет, которые подверглись обыску.
СЕРГЕЙ КУРТ-АДЖИЕВ: Microsoft в России может сделать заявление, что Microsoft в деле не участвует, корпорация Microsoft потерпевшей себя не признает. Но корпорация Microsoft этого не делает!
Сейчас «Байкальская волна» пытается прийти в себя от потрясения, а бумажный комбинат по-прежнему работает. Организация 5 месяцев не могла получить обратно свои компьютеры. А прокуратура по-прежнему рассматривает возможность предъявления обвинений в пиратстве.
ГАЛИНА КУЛЕБЯКИНА: Мне трудно указать границу, до которой они могут дойти, очень трудно. Но что они могут много и, скажем так, безнаказанно, это так. То есть это мы ощущаем на себе. Безнаказанность.
Дата выхода в эфир 12 сентября 2010 года.
Подпишись на наш Telegram-канал, чтобы не пропустить лучшие заметки ИноТВ
Сегодня в СМИ
