Как живется российским оппозиционерам, и «надо ли ехать»? Об этом мы говорили с бывшим сопредседателем партии ПАРНАС Владимиром Рыжковым. Владимир, здравствуйте.
Рыжков: Кремль и ФСБ следят, чтобы бизнес не поддерживал оппозицию
Российская оппозиция никогда не получала грантов из-за границы, хотя Кремль полностью перекрывает ей кислород внутри страны и не дает бизнесу ее поддерживать, заявил оппозиционер Владимир Рыжков в интервью израильскому «Девятому каналу». По его словам, новая волна эмиграции связана с тем, что квалифицированным специалистам не дают реализовать себя в России и подвергают их преследованиям.
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ, бывший сопредседатель партии ПАРНАС: Добрый вечер.
Ну, начнем с того, что сообщения о вашем якобы переезде на Украину и желании там работать — это фейк, деза, так?
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ: Это фейк, да.
А как это так получилось?
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ: А это делается очень просто. Я комментировал отъезд Маши Гайдар в Одессу к Михаилу Саакашвили, и ведущая одной из радиостанций спросила меня, не планирую ли я. Я сказал, что не планирую, что меня все устраивает в России, у меня есть работа, я патриот России — и только если когда-то вынудят обстоятельства, я об этом задумаюсь. Вот такая формулировка была интерпретирована ими, что я уже завтра собираю чемоданы и еду. Это просто в данном случае фейк, непрофессионализм и стремление к дешевым сенсациям.
Ну действительно, вокруг решения Марии Гайдар развернулась целая дискуссия. Ну вот вам лично как кажется — должен ли политик, в данном случае оппозиционный политик, при любом раскладе биться головой об лед, но пытаться пробивать власть и делать то, что он считает нужным, в своей стране? Или же у него — как у политика, я имею в виду — тоже есть право на эмиграцию в страны, где он, скажем, может быть более полезен?
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ: Ну вы знаете, к сожалению, в российской истории мы знаем очень много примеров, когда оппозиционные политики бились об лед в буквальном смысле слова, пытаясь что-то изменить, но в конечном итоге были вынуждены уехать из России. Поэтому здесь нет общего правила. И я могу сказать, что я хорошо знаю Машу Гайдар, она очень хотела участвовать в выборах в Мосгордуму пару лет назад, ее просто не пустили.
То есть, готовить революцию в России Гайдар в Одессе не собирается?
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ: Я не уверен, что Маша Гайдар ставит и когда бы то ни было ставила перед собой задачу обязательно бороться с властью. Она ставила перед собой задачу положительных изменений. В данном случае, в здравоохранении и в социальной сфере. И здесь, в России, на протяжении долгих лет она не могла себя реализовать. И, возможно, она решила, что гораздо лучше реализует себя как профессионала, как политика, на Украине.
И тем не менее, согласитесь, что здесь мы говорим уже о тенденции. Да, случай с Гайдар резонансный — но ведь едут люди из России, журналисты известные уезжают, специалисты. В принципе, много думающих людей покидают страну в последнее время. И у нас тут в Израиле, кстати, уже считают это новой волной репатриации — не говоря, конечно, о других, более спокойных странах в мире, куда также уезжают квалифицированные специалисты. Это очень тревожный сигнал для власти. А сама власть это замечает?
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ: Вы знаете, у меня нет уверенности, что вся власть понимает опасность отъезда людей. Но часть власти понимает. Только по официальной статистике, с января-месяца по июнь Россию покинуло двести тысяч человек. И большая часть из них – как раз квалифицированные специалисты.
Так что действительно люди уезжают по двум причинам: одна причина, как Маша Гайдар, когда они не могут себя реализовать в России. Это ученые, это политики, это журналисты, это общественные деятели, экологи — люди, которым здесь просто не дают работать. И вторая категория, может быть, не такая многочисленная, но тоже заметная — это люди, по которым заводят уголовные дела силовики, и которых преследуют здесь по сфабрикованным уголовным делам.
Ну а может, все-таки отток связан с тем, что закручиваются гайки, организации признаются иностранными агентами, и в результате невозможно получить финансирование им, скажем, гранты?
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ: Я здесь проясню ситуацию абсолютно, чтобы не было путаницы. Дело в том, что оппозиционные политики в России никогда гранты не получали из-за границы. Это все фейки, это все слухи, сплетни, кислород перекрывается внутри страны. Потому что если вы обратитесь к любому бизнесмену с просьбой дать вам денег на избирательную кампанию где-то в регионе, вы получите отказ.
Потому что ФСБ и Кремль очень тщательно следят за тем, чтобы бизнес не поддерживал оппозицию. Поэтому кислород перекрывается внутри страны. И действительно, как можно конкурировать с той же «Единой Россией», если вас: а) не регистрируют на выборах, б) вы не можете собрать свой избирательный фонд, и в) даже если вы побеждаете, вашу победу крадут с помощью фальсификаций. Поэтому кислород перекрывают на всех направлениях.
Понятно. Владимир Рыжков, спасибо вам большое за это интервью.
ВЛАДИМИР РЫЖКОВ: Спасибо вам за вопросы и за внимание к нашим проблемам.
Дата выхода в эфир 25 июля 2015 года.
Публикуем в Twitter актуальные зарубежные статьи, выбранные редакцией ИноТВ
Сегодня в СМИ
