«Вандализм — это разрушение, а искусство — созидание»: как граффити и муралы стали частью городской культуры
«Это практически невозможно»: вот что объединяет Ленина, Бэнкси и Фриду Кало
- РИА Новости
- © Алексей Мальгавко
Считается, что современная культура граффити сформировалась во второй половине XX века в США. В 1960-х годах молодые жители Нью-Йорка и Филадельфии начали оставлять на стенах зданий и вагонах метро свои имена и псевдонимы. Со временем надписи становились сложнее, а авторы соревновались в узнаваемости и оригинальности стиля. Граффити превратились в самостоятельную субкультуру, тесно связанную с хип-хопом.
А мурализм как художественное направление сформировался в Мексике в 1920-х годах, после Мексиканской революции, когда художники отвергли каноны классической живописи и начали создавать масштабные росписи на стенах общественных зданий, обращаясь к социальным проблемам. Одним из самых известных представителей этого направления стал Диего Ривера — муж художницы Фриды Кало.
В отличие от граффити, которые исторически часто появлялись без согласования с владельцами стен, муралы, как правило, создают по эскизам и с разрешения заказчиков. Однако, как рассказала в беседе с RT куратор, арт-директор и основатель платформы «САБСТАНЦИЯ», сооснователь биеннале уличного искусства «Артмоссфера» Сабина Чагина, часто эти направления пересекаются, поскольку многие художники, которые сегодня работают с большими фасадами, когда-то начинали с граффити.
«Так уж вышло, что авторским монументальным искусством в большинстве своём занимаются так называемые выходцы с улиц, граффитчики, которые за последние лет 15 отлично освоили работу с масштабом и поверхностью и активно практикуют эти направления», — объяснила она.
- globallookpress.com
- © Belkin Alexey/news.ru
При этом масштабные росписи и другие формы уличного искусства давно стали частью международной художественной сцены. Так, всему миру стал известен анонимный художник Бэнкси, чьи работы затрагивают социальные и политические темы.
Среди ключевых представителей российского мурализма Сабина Чагина назвала Дмитрия Аске, Мишу Most, Андрея Бергера, Алексея Луку и Владимира Абиха.
Как уличное искусство становится достопримечательностью
Муралы действительно помогают преобразить городскую среду и нередко становятся самостоятельными туристическими объектами. Так, в Екатеринбурге с 2010 года проходит фестиваль «Стенограффия», в рамках которого художники создают работы на стенах зданий и других городских объектах. В Нижнем Новгороде известность получили граффити художника Никиты Nomerz, новые красочные работы появляются и в Перми.
При этом, как отметила Чагина, муралы и мозаики, которыми украшали советские здания, относятся к разным формам монументального искусства.
«Любое такое панно, безусловно, формирует городскую среду и активно работает в поддержку типовой архитектуры. Жанр возник с появлением модернистской архитектуры, которая решала главным образом утилитарные задачи — глухие стены всегда были частью конструкции. Поэтому муралы стали появляться в довоенное время — как раз вместе с новой архитектурой», — пояснила эксперт.
Она также обратила внимание на то, что монументальное искусство продолжает существовать не только на фасадах, но и внутри общественных пространств — на станциях метро и железнодорожных вокзалах.
- Работа Бэнкси в Лондоне
- Gettyimages.ru
- © John Phillips
Ленин на стене Рокфеллер-центра
Один из самых известных конфликтов вокруг настенного искусства произошёл в Нью-Йорке в 1933 году. Мексиканскому художнику Диего Ривере заказали роспись для здания в комплексе Рокфеллеровского центра. Композиция «Человек на распутье» изображала человечество перед выбором пути развития и затрагивала противостояние капитализма и социализма.
«Все десятилетия существуют параллельно»: ректор МХПИ — о моде зумеров, возвращении старых трендов и влиянии соцсетей
В процессе работы Ривера включил в композицию портрет Владимира Ленина, что вызвало недовольство заказчиков. Нельсон Рокфеллер, внук основателя знаменитой династии, попросил художника заменить изображение, но тот отказался. В результате Риверу отстранили от работы, а роспись уничтожили. Позднее художник воссоздал композицию в Мехико под названием «Человек, управляющий Вселенной».
Этот случай стал одним из наиболее ярких примеров того, как судьба произведения искусства зависит не только от его художественной ценности, но и от позиции заказчика. Впрочем, современные конфликты вокруг настенных росписей чаще связаны с ремонтом зданий, благоустройством и отношением жителей к изображениям на фасадах.
Сабина Чагина отмечает, что согласованные муралы обычно не закрашивают произвольно: чаще это происходит, когда роспись приходит в негодность, здание нуждается в реконструкции или работа изначально задумывалась как временная.
«Лишь единицы из известных нам художников могут сделать нелегальный мурал. Это практически невозможно, потому что дорого: ни у одного художника нет возможности создать что-то нелегально, не согласовав, например, такой момент, как привоз вышки», — объяснила куратор.
При этом даже известная работа может оказаться под угрозой, если её сохранение не предусмотрено при ремонте здания.
- Шестая выставка уличной галереи «НЕТСТЕН» от Москомархитектуры и ЦСИ Винзавод «Тёплые объятия города» из шести ярких муралов современных стрит-арт художников на стене возле станции метро «Курская»
- АГН «Москва»
- © Мобильный репортер
Отдельная проблема — нелегальные граффити. В отличие от согласованных муралов, они могут появляться на фасадах исторических зданий, заборах и объектах инфраструктуры. Власти многих стран ограничивают такую практику, предусматривая штрафы и другие виды ответственности за повреждение имущества. Например, в сентябре 2026 года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев предложил запретить граффити в республике и поручил властям Астаны принять меры в отношении тех, кто разрисовывает городские объекты.
«Это действительно две совершенно разные сущности. Граффити — это субкультура. Так уж вышло, что одни и те же люди занимаются и «официальными», если их можно так назвать, муралами, и граффити. Чтобы понять, к кому себя причисляет художник, нужно спросить, конечно, его самого», — отметила Чагина.
При этом во многих городах художникам предоставляют специальные площадки и проводят фестивали.
Кодекс чести стрит-артистов
Для художников граффити — это не просто способ оставить надпись на стене, а часть субкультуры со своими традициями и негласными правилами.
«Самое главное и распространённое правило — ты не должен портить работу другого художника. Это правило распространяется вообще на любую сферу жизни: никогда нельзя вторгаться и портить работу другого человека, тем более перекрывая своей работой», — рассказал в беседе с RT стрит-художник, граффити-райтер, автор самого большого мурала в мире и самой масштабной современной мозаики под открытым небом в России Миша Most.
Он также добавил, что в разных странах отношение к таким правилам отличается. В России, по мнению художника, сложилась собственная культура граффити, в рамках которой мастера придерживаются определённых норм и стараются выбирать подходящие места для работы.
Граница между искусством и вандализмом
По мнению Миши Most, отличить искусство от вандализма помогает прежде всего то, что стоит за действиями художника.
«Вандализм — это разрушение, а искусство — созидание. Есть, конечно, знаменитая фраза «разрушая, создаём», которая как бы женит эти две ипостаси. Есть художники, которые балансируют на этой тонкой грани между двумя понятиями — ломая старое, они создают что-то новое. Но всё-таки это большая редкость, всегда какой-то творческий жест серьёзного художника», — рассказал он.
При этом художник предупреждает, что нелегальные граффити с точки зрения закона могут рассматриваться как порча имущества, даже если автор воспринимает их как серьёзное художественное высказывание.
- Художник Миша Most представляет свою работу «Разум ДНК» на Международной выставке современного искусства «ВМЕСТЕ» в инновационном центре «Сколково» в Москве
- РИА Новости
- © Максим Блинов
Он также обратил внимание, что не всякая официальная роспись автоматически становится произведением искусства.
«Я думаю, что тут всегда происходит определённая путаница — муралы с социальной направленностью и контекстом не всегда... почти никогда не являются как таковым искусством. У них есть исполнитель, работающий по эскизу. Часто эти плакатные истории действительно рисует художник с уличным бэкграундом, но эти работы, скорее, нельзя отнести к искусству — это социальная реклама», — считает Most.
Сабина Чагина, в свою очередь, отмечает, что граффити давно вышли за пределы уличной субкультуры. Художники, которые начинали с нелегальных надписей, теперь участвуют в выставках, работают с галереями и музеями, а их произведения представлены на арт-ярмарках.
«Мы приложили немалые усилия, чтобы представители этого сообщества, этой субкультуры стали неотъемлемой частью современного искусства, выделились в особое направление, стали важными игроками арт-рынка», — заключила эксперт.