Война состоится при любом руководстве?

А точнее — с подготовкой наземной кампании, с одной стороны нужной Трампу для того, чтобы взять под контроль движение через Ормузский пролив и поставки иранской нефти, а с другой — крайне рискованной и для него, и для США в целом.

Эту наземную кампанию надо готовить, и здесь сразу появляется пространство конфликта между армией США и политическим руководством — тем более серьёзное, чем менее армия готова к войне.

Армия практически не была вовлечена в подготовку войны, начавшейся 28 февраля 2026 года. Первую скрипку там играли флот и ВВС, но, как только выяснилось, что ракетно-бомбовые удары недостаточны ни для смены режима в Иране, ни для прекращения иранских ударов по нефтяной инфраструктуре Залива, «наземку» начали обсуждать. Прямо скажем, это поздно: на подготовку к такой операции уходят многие месяцы. Так, фактическая подготовка к вторжению в Ирак в марте 2003 года началась в ноябре 2002-го. Наземная фаза войны в Персидском заливе 1991 года также готовилась задолго до её начала — переброска войск стартовала в августе 1990-го.

Здесь следов такой переброски не было, и на момент начала войны 28 февраля вопрос о формировании сухопутного контингента, судя по всему, всерьёз не рассматривался. Тем не менее сейчас переброска уже идёт, но полгода на подготовку Трамп своим военным давать не готов: у него свои сроки горят в виде выборов. Это заставляет многих специалистов предполагать, что сухопутная фаза начнётся до середины апреля, в крайнем случае до начала мая, с высадки контингента морской пехоты и 82-й воздушно-десантной дивизии, которые в дальнейшем могут получить подкрепление.

С учётом того что союзники США по НАТО участвовать в этой авантюре отказываются, армии США придётся взять на себя все 100% боевой нагрузки (с некоторым вычетом на морпехов), и такая ситуация, естественно, не могла не породить внутриармейскую оппозицию: в настоящее время американские сухопутные войска не готовы к крупномасштабной войне против большой страны с многочисленной армией. Эта неготовность имеет много аспектов, начиная с количества резервистов и наполнения арсеналов и заканчивая готовностью действовать в условиях вероятного массового применения противником дронов. 

Все детали внутрипентагоновских дискуссий на эту тему вряд ли станут известны скоро, но, во всяком случае, начальник штаба армии, начальник управления трансформации и подготовки и начальник военных капелланов выглядят как набор офицеров, которым действительно было что возразить высшему руководству вооружённых сил на требование «готовить вторжение в Иран немедленно». Первый владеет ситуацией в целом, второй знает уровень готовности войск к актуальным угрозам, а третий — их политико-моральное состояние. Во всех трёх моментах американцам есть о чём задуматься.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.