Общеевропейский дурдом
об «идеальном шторме» в странах Старого Света
Массовые протесты, охватывающие одну европейскую страну за другой, заставляют думать, что все эти погромы и бесчинства, казавшиеся французской аномалией ещё вчера, сегодня уже становятся для стран Старого Света новой нормой. Точнее, они выглядят утверждающей себя в грудах битого стекла и разбитых витринах европейской демократии новой антинормой.
«Достаточно было спичку поднести»: почему Европу захлестнула волна массовых беспорядков
Последним подтверждением этого стали беспорядки в Милане, Болонье, Турине, Бергамо и в других итальянских городах. «Добрая старая Италия» хоть и старая, но уже никак не добрая. На улицах дежурят военные.
Как не добрая сама к себе и Франция, разрушающая собственные общественные институты и исторические святыни.
Эта новая антинорма отрицает старые ценности и правила игры, которыми так гордились европейские демократии, противопоставляя себя «авторитарным режимам».
В споре, какая политическая система лучше, борцы с «авторитарными режимами» всегда упирали на то, что, дескать, вне «сада Борреля» человек чувствует себя незащищённым. В то время как европейская демократия ставит на первое место человека и всегда найдёт способ его защитить силой своих институтов.
И вот оказалось, что европейская демократия не только не защищает человека, но и позволяет использовать свои институты, чтобы одна группа граждан нарушала базовые права других граждан, упиваясь собственной безнаказанностью.
Современная Европа в итоге оказалась в ситуации «идеального шторма». И тому есть несколько причин.
Во-первых, при всей разношёрстности европейских протестов и вовлечённых в них социальных групп у этих выступлений есть общая первопричина.
Она заключается в том, что традиционная европейская политика, которая должна регулировать общественные отношения и решать накапливающиеся годами острые социально-экономические проблемы, давно этим не занимается.
Лучше всех это проиллюстрировал президент Макрон, веселившийся на концерте Селин Дион, когда вся Франция пребывала в невероятном напряжении. Теперь же Макрон путешествует по Ближнему Востоку, а в его стране — комендантский час.
Не только Макрону, но и целой плеяде нынешних европейских лидеров интересно создавать «коалицию желающих» вооружать Украину для борьбы с Россией, но не приходит в голову создать «коалицию желающих» заняться собственными странами. В ответ население выходит на улицы, разуверившись в политиках и политике как таковой. Так рождается протест улиц и площадей.
Во-вторых, нарушители общественного порядка чувствуют себя в безопасности благодаря либеральному европейскому законодательству, которое связывает правоохранителей по рукам и ногам. Задуманное как средство защиты граждан от произвола государственного аппарата насилия, европейское законодательство сегодня не справляется с перегрузками, на которые оно не рассчитано. В этой ситуации одним из проявлений слабости традиционной политики становится тот факт, что системные партии откровенно заигрывают с несистемными силами, рассчитывая использовать их во внутриполитической борьбе.
В-третьих, беспорядки в европейских странах показали, чем обернулась политика «общеевропейского дома» с широко открытыми дверями, золотым веком которой стало лидерство неформального вожака Европы канцлера Германии Ангелы Меркель. Критическая масса выходцев из неблагополучных регионов Ближнего Востока и афро-азиатского мира, нередко выступающих сторонниками радикального ислама, усилила протестный потенциал, готовый взорваться от любой искры.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.