«Между этими тремя много общего. Неизвестно, когда Серебрицкая познакомилась с будущими подельниками и не свели ли их украинские спецслужбы. Но Корба и Васин были знакомы давно. Оба участвовали в мелких бизнес-аферах, и судьба у них схожая — оба неудачники в бизнесе и оба обиженные».
«Позвольте-позвольте, это вы знакомы с Эпштейном через одно рукопожатие. Я, к примеру, ни через сколько рукопожатий не знакома с Эпштейном, и никого из «моих» Эпштейн за собой не утянет».
«Не помогло даже то, что в начале СВО Кларк собирала деньги на счета помощи Украине и появлялась в футболке с жёлто-голубым сердцем. Отменили её безжалостно. Хотя не Кларк же виновата в том, что у Украины культура маленькая, узкая, а у России — свой огромный культурный мир, который всегда будет притягивать иностранцев».
«Михаил Лифиц преподаёт в школе английский, он работает в школе почти 40 лет. Стажем и можно объяснить его обескураженное лицо, когда он, по выражению ученика, застыл. Начинал-то этот учитель, когда было невозможно даже представить, что к учителю можно обращаться на «ты» и уж тем более посылать его матом. А если бы какой ученик в порядке исключения отважился на такое, то все бы в классе вот так же остолбенели, а не посмеивались развязно».
«Отец Владимир был тяжело ранен и мучился ещё несколько часов рядом со своим тоже раненым сыном. Дроны прилетали и добивали людей. А потом не подпускали к убитым прихожан, пытавшихся достать тела. Это не военные жертвы — это прямое, целенаправленное убийство. Невозможно даже пытаться понять мотивы убийц, и я не хочу этого делать. Но, по крайней мере, мы теперь знаем, что всё это делается с прямого разрешения Зеленского. Он просто не считает этих людей своими. Согласитесь, что на фоне этого убийства требования Лубинца сообщить об удовлетворении первоочередных потребностей спасённых нашими военными людей выглядят совершенно фальшиво и неискренне».
«Не могла ведь она предположить, что в Одессе, в бутик-отеле, её банально обнесут. Но позже выяснилось, что из гостиничного номера всё-таки умыкнули лотов на €200—300 тысяч».
