Москва будет добиваться истины по терактам на газопроводах «Северный поток» и «Северный поток — 2», чтобы причастные «не соскочили с крючка», заявил замглавы МИД России Дмитрий Любинский.
Вопрос о компенсации ущерба после подрыва «Северных потоков» станет логичным шагом по итогам расследования, заявил ТАСС посол России в Германии Сергей Нечаев.
Евросоюз за четыре года не смог и не захотел дать политическую и юридическую оценку подрыву «Северных потоков», заявил директор департамента европейских проблем МИД России Владислав Масленников.
Подрыв «Северных потоков» разрушил остатки доверия между Россией и Европой, заявил директор департамента европейских проблем российского МИД Владислав Масленников.
Немецкий канцлер Фридрих Мерц заявил, что его страна не будет восстанавливать «Северные потоки», хотя отказ от них уже вызвал повышение цен на электроэнергию.
Подтверждение причастности Украины к подрыву газопроводов «Северный поток» и «Северный поток — 2» будет означать, что Киев совершил террористический акт против гражданской инфраструктуры. Такое мнение выразил депутат немецкого бундестага Штеффен Котре.
«Германия. В Ганзейском высшем земельном суде начался процесс по делу Сергея Кузнецова, которого Федеральная прокуратура обвиняет в подрыве газопровода «Северный поток» в 2022 году. При этом прокуратура старается держаться фактов, а адвокаты, среди которых самый антироссийский — Никола Канестрини, при полной поддержке и улюлюканье местных газет всё переводят в политическую плоскость».
«Кузнецов будет осуждён за военное преступление, совершённое по указанию киевского режима. Но, с другой стороны, никакого дела «Германия против Украины» за судом над террористом не последует. Немецкие власти чётко заявили, что они судят только и исключительно исполнителей теракта».
«Мы наблюдаем две Германии. Разделение не только сохраняется и углубляется, но одна пожирает другую. Одна развивала теснейшие экономические взаимоотношения с Россией, строила «Северные потоки», была понимающей и принимающей, являлась оплотом антифашизма и сохранения памяти о жути ХХ века. Не ГДР ли это? Другая — форпост холодной войны».
