Во время вражеской осады Ленинграда: 85 лет назад открылась Дорога жизни

Как работала знаменитая Дорога жизни во время блокады Ленинграда

Для одних ленинградцев переправа через Ладогу означала возможность вырваться из осаждённого города, для других спасением становилось продовольствие, доставленное по льду. За два сезона зимних перевозок водителям, военным инженерам и учёным пришлось решать задачи, с которыми в мирное время едва ли столкнулись бы даже опытные дорожники. История знаменитой дороги, которую приходилось прокладывать снова и снова, — в материале RT.
Во время вражеской осады Ленинграда: 85 лет назад открылась Дорога жизни
  • Регулировщик на Дороге жизни через Ладожское озеро
  • РИА Новости
  • © Sputnik

Открытие Дороги жизни: маршрут трассы, 350 саней и первые 60 грузовиков

8 сентября 1941 года немецкие войска захватили Шлиссельбург и перерезали сухопутную связь Ленинграда со страной. 12 сентября к Осиновецкому маяку на западном берегу Ладоги прибыли первые суда с продовольствием и боеприпасами, но к середине ноября регулярная навигация по озеру прекратилась. Лёд ещё не окреп настолько, чтобы выдерживать тяжёлые грузы. Артиллерийские обстрелы осаждённого города в ноябре длились в среднем по девять часов в сутки, а с 20 ноября хлебный паёк урезали до 250 г для рабочих и 125 г — для остальных. Ждать крепких морозов блокадный Ленинград не мог.

Готовить зимнюю переправу начали ещё в октябре: чтобы понять, как замерзает Ладога, специалисты и учёные подняли даже записи смотрителей маяков начала XX века. Но 14 ноября военные инженеры вышли к берегу и увидели вместо льда открытое озеро: покров взломало ветром. Когда 17 ноября разведчики вместе с двумя местными рыбаками вышли на лёд из Коккорева, на девятом километре путь им преградила вода — пришлось искать обход. Так наметили трассу длиной около 30 км: через банку Астречье (озёрную отмель) и острова Зеленцы до деревни Кобона на восточном берегу. Севернее этого маршрута ещё оставались участки открытой воды, а тонкий лёд разбивали волны. Южнее переправе мешали течение Невы и близость немецких позиций.

По первоначальному плану гужевые обозы должны были пойти 22 ноября, а автомобили — 25-го, но тяжёлое положение в городе заставило действовать быстрее. Уже 20 ноября из Коккорева в Кобону за мукой отправились 350 санных подвод. Толщина льда составляла около 18 см. На опасных участках обратного пути люди разгружали сани, проводили лошадей налегке, переносили мешки на руках и снова укладывали на подводы.

К утру 21 ноября обоз доставил на западный берег 63 т муки. Вечером того же дня дорогу проверили десять «полуторок», которые привезли ещё 10 т муки. 22 ноября в Кобону отправилась первая большая колонна из 60 грузовиков: к ним цепляли сани, чтобы вывезти больше продовольствия, не перегружая сами машины. Вернулась она 23 ноября. Таким образом, 22 ноября 1941 года через Ладогу началось регулярное автомобильное движение — этот день и вошёл в историю как открытие ледовой Дороги жизни.

Как работала Дорога жизни, сколько людей и груза удавалось перевозить

Дорога жизни постоянно меняла очертания: лёд трескался под колёсами — в первые недели трассу порой приходилось переносить уже после прохода пяти-шести грузовиков. За её состоянием следили регулировщики: заметив опасный участок, они переставляли вешки и фонари, направляя машины в обход. Дорожники и аварийные команды расчищали снег, наводили мостки через трещины и вытаскивали провалившиеся автомобили, а ремонтники возвращали повреждённую технику в строй.

Движение не прекращалось и по ночам. Первое время водители ехали с затемнёнными фарами, чтобы не привлекать немецкую авиацию, но в темноте машины чаще попадали в аварии. В итоге колоннам разрешили включать фары. 17 января 1942 года начальник ледовой дороги Михаил Нефёдов так объяснял это решение: «Ночью надо ездить по озеру со светом. Это дешевле стоит, меньше бьём машин, чем потеряем их от вражеской авиации». С фарами рейсы стали быстрее и безопаснее, а объём перевозок вырос.

На опасных участках шофёры держали дверь кабины открытой, чтобы успеть выскочить, если грузовик начнёт уходить под лёд. Прямо на льду работали пункты обогрева и медицинской помощи. По воспоминаниям военного фельдшера Ольги Писаренко, в палаточном лазарете на седьмом километре круглосуточно топили печурку и держали наготове кипяток — туда заходили согреться водители и бойцы-дорожники, там же медики принимали истощённых ленинградцев, которых везли на Большую землю.

На восточном берегу маршруты сходились в деревне Кобона. Сюда по льду привозили жителей осаждённого города: основной эвакопункт разместился в храме Николая Чудотворца, а под временное жильё приспособили школу и сельсовет. Прибывших отогревали, кормили, лечили и отправляли дальше. Отсюда же в Ленинград шли грузы: на перевалочных базах и складах грузчики готовили к рейсу машины с продовольствием, горючим и боеприпасами. В феврале 1942 года до Кобоны проложили железнодорожную ветку от станции Войбокало — это позволило сократить протяжённость автомобильных маршрутов и увеличить поток грузов.

На 20 января 1942 года в частях и учреждениях дороги насчитывалось около 19 тыс. человек и 4053 автомобиля. За 152 дня первого сезона ледовых перевозок в Ленинград доставили 361 тыс. т грузов, в том числе 262 тыс. т продовольствия, а из города эвакуировали примерно 550 тыс. человек.

29 ноября 1941 года: первые потери и загадка ладожского льда

К 29 ноября на ледовой трассе потеряли 52 автомобиля. После оттепели сильный ветер взломал ослабленный лёд вместе с проложенными по нему дорогами. У западного берега образовалась полоса открытой воды шириной 2 км. Поэтому 1 и 2 декабря автомобильное движение было приостановлено — в эти дни продовольствие по льду продолжали возить на лошадях.

По воспоминаниям физика Наума Рейнова, тяжело нагруженные продовольствием автомобили нередко проходили по льду благополучно, тогда как более лёгкие машины, вывозившие эвакуированных, иногда проваливались. В сторону Ленинграда машины шли медленно, а на пути к восточному берегу водители прибавляли скорость, стараясь быстрее доставить измученных голодом людей на Большую землю и меньше времени проводить под угрозой обстрела.

Выяснить причину этих аварий предстояло учёным Ленинградского физико-технического института, в том числе Павлу Кобеко и Науму Рейнову. Рейнов сконструировал прогибограф — прибор, который записывал колебания льда на бумажную ленту. После испытаний опытного образца предстояло изготовить целую серию таких приборов. Проблема заключалась в том, что для этого требовались тяжёлые чугунные станины. Однако помог случай: четверо истощённых сотрудников Физтеха заметили чугунную подставку ограждения клумбы в парке Политехнического института, выкопали её из промёрзшей земли, принесли в мастерскую и обработали на станке — получилась станина. Следом стали заготавливать другие подставки в том же парке, а при сборке приборов использовали детали старых телеграфных аппаратов. Рабочих не хватало, и учёные сами вставали к станкам.

Наблюдения с помощью прогибографов на Ладоге показали, что под движущимся автомобилем лёд прогибается и по ледяному покрову распространяются волны. Когда скорость машины совпадает со скоростью распространения волны, возникает резонанс: колебания усиливаются — и лёд может разрушиться, особенно если волны от разных автомобилей накладываются друг на друга или отражаются от берега. В исследованных условиях опасной оказалась скорость около 35 км/ч. Так становилось понятно, почему более лёгкая, но быстро ехавшая машина могла провалиться там, где благополучно прошёл нагруженный грузовик. Физики рекомендовали двигаться медленнее или значительно быстрее, не обгонять другие машины на льду и по возможности не идти колоннами.

Жертвы Дороги жизни

Точное число погибших непосредственно на Дороге жизни при обстрелах и переправе по льду не установлено. Немецкая авиация атаковала не только машины на льду, но и береговые базы и склады.

Как конкретный пример тягот людей в то время можно привести историю Галины Арсентьевны Андреевой.

Когда началась война, ей было всего восемь лет. Во время блокады мама Галины слегла с дистрофией, и девочку со старшим братом Геннадием определили в детский дом №49. По пятницам их отпускали её навестить. Как вспоминала впоследствии Галина Арсентьевна, однажды они принесли маме крошечный кусочек хлеба с кабачковой икрой: «Несли как хрустальную вазу, боясь уронить». Вскоре, после смерти мамы, Галина настолько ослабла, что её поместили в лазарет. А в марте 1942 года воспитанников детдома эвакуировали по льду Ладоги в Волхов, а оттуда — в Ярославскую область.

При этом следует отметить, что для истощённых ленинградцев опасным был весь путь эвакуации. Так, согласно некоторым данным, в медицинских пунктах Финляндского вокзала, Борисовой Гривы, Кобоны, Лаврово и Жихарево получил медицинскую помощь 33 521 человек, умерли 2394.

Как Дорога жизни спасала ленинградцев

По данным Президентской библиотеки и Российского исторического общества, за всё время действия Дороги жизни по воде и льду Ладоги эвакуировали около 1 млн 376 тыс. человек и доставили в Ленинград свыше 1 млн 615 тыс. т грузов.

Рост поставок продовольствия позволил увеличить хлебные пайки тех, кто оставался в городе. Так, с 25 декабря 1941 года рабочие и инженерно-технические работники (ИТР) стали получать по 350 г хлеба в день, остальное население — по 200 г. А с 11 февраля 1942 года нормы выросли до 500 г для рабочих и ИТР, 400 г — для служащих и 300 г — для детей и иждивенцев.

Возвращаясь к истории Галины Андреевой, мы можем на её примере проследить судьбу многих эвакуированных блокадников. 

Поправляться Галина начала ещё в Волхове, где ребят впервые за много месяцев накормили мясными щами. Находясь в эвакуации, девочка заново прошла первый класс: в осаждённом городе из-за голода сил на учёбу у детей не хватало. Через некоторое время её с братом разыскал отец и прислал им денег. После войны Галина вернулась в Ленинград, окончила авиаприборостроительный техникум и стала инженером-конструктором. В дальнейшем Галина Арсентьевна возглавила группу Региональной общественной организации воспитанников детских домов блокадного Ленинграда.

Весна 1942 года: закрытие ледовой трассы и возобновление навигации

Весной 1942 года ледовая дорога, которую осенью приходилось открывать по едва окрепшему льду, начала разрушаться. В начале апреля её начальник Михаил Нефёдов отметил, что трассы залиты водой, а лёд меняет структуру. Перевозки планировали прекратить уже в ночь на 13 апреля, но член Военного совета Ленинградского фронта Николай Соловьёв настоял на продолжении работы дороги, считая, что ради снабжения города необходимо пойти на риск.

При обследовании трассы 20 апреля выяснилось, что за предыдущие двое суток автомобили около 90 раз частично проваливались под лёд. С полудня 21 апреля регулярное автомобильное движение закрыли: по разовым пропускам разрешались лишь проезд одиночных легковых машин и проход людей. 23 и 24 апреля на западный берег доставили около 60 т репчатого лука — часть пути груз везли на санях, а через последние опасные участки люди переносили его на руках. При этом 24 апреля стало последним днём работы ледовой дороги — движение по льду всех видов транспорта и пешеходов запретили.

После закрытия автомобильной трассы лёд ещё почти месяц мешал движению судов. 20 мая из бухты Морье вышел буксирный пароход «Гидротехник». Команда пробивалась через ледяные нагромождения, используя взрывчатку и пешни (ломы для колки льда). Уже 23 мая по этому маршруту начались регулярные перевозки.

К летней навигации готовились ещё до закрытия ледовой трассы: в марте 1942 года на ленинградских заводах развернулось строительство металлических барж. Провести готовые суда по Неве мешали немецкие позиции, а переместить их целиком по железной дороге не позволяли габариты. Корпуса пришлось изготавливать отдельными секциями и собирать на верфи в бухте Гольсмана. В городе не хватало топлива для нагрева металлических листов, а у истощённых рабочих не было сил придавать им нужную форму кувалдами. Поэтому конструкторы заменили обтекаемые корпуса гранёными — делать их было проще. Первую баржу построили за 18—20 дней, последующие — за десять, а иногда и за шесть дней. Расширяли и порты: к сентябрю Осиновецкий порт мог одновременно принимать 22 баржи вместо восьми в начале навигации.

Следующей зимой ледовая трасса вновь заработала. После прорыва блокады 18 января 1943 года вдоль южного берега Ладоги проложили железную дорогу, получившую название «Дорога Победы». Уже 7 февраля в Ленинград прибыл первый прямой поезд с Большой земли. Ледовую трассу окончательно закрыли 30 марта 1943 года, но с возобновлением судоходства по Ладоге продолжили снабжать Ленинград и войска фронта.

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
Подписывайтесь на наш канал в Дзен
Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить